Почему езиды – это этническая группа

В этнологии изначально говорили прежде всего о «народах». Это изменилось благодаря работам влиятельного этнолога Широкогорова: с 1920-х годов стал использоваться термин «этнос» (синоним слова «народ»). В немецкоязычном пространстве с 1950-х годов выражение «этническая группа» заменило такие слова, как «народ» (Beer, 2019). «Этнос» можно определить как преимущественно эндогамное сообщество, объединяющее множество семей, члены которого, отличая себя от других людей, разделяют общее происхождение, общую историю и, как правило, общий свод ценностей и норм. При эндогамии (браке внутри группы) брачных партнёров ищут преимущественно внутри этого сообщества (Beer, 2019). В этом определении важно подчеркнуть, что при эндогамии партнёров выбирают главным образом внутри собственной этнической группы. По-видимому, это относится ко всем этносам мира – кроме езидов, у которых аспект «брака внутри группы» преподносится под видом религии (ключевые слова: «строгие религиозные правила брака у езидов»). Насколько это обоснованно и каковы настоящие причины, будет объяснено ниже.

Аленфельдер (Alenfelder, 2019) пишет, что под «этносом» понимается группа людей, объединённых общими признаками, например языком, культурой и обычаями. По Шмитту (Schmitt, 2019), у этноса есть общая история, культура и связь с определённой территорией. Далее он называет чувство общности, или «чувство солидарной общности определённой группы людей», к которому относится и общий язык (Schmitt, 2019). Обобщая основные положения приведённых определений, можно сказать, что этнос – это в общих чертах группа с общим языком, культурой и обычаями, историей и общим происхождением. Аленфельдер (2019) также называет чувство солидарности, или общности. Учитывая разнообразие общества и индивидуальное социальное происхождение людей, их образ жизни и практики – например, идеологические и политические взгляды, – этот аспект в дальнейшем изложении не рассматривается: с его учётом любая попытка исследовать этнос как коллектив потерпела бы неудачу, когда речь идёт об этнической классификации. Из приведённых определений ниже перечислены и разъяснены отдельные понятия, которые должны иметь большое значение для этнической классификации.

Вывод: в определениях этнической группы нет никакой связи с религией – потому что у религии своя собственная сфера.

Далее понятия, выделенные выше, рассматриваются по отдельности применительно к этносу и разъясняются на примере езидов.

Культура

В целом можно сказать, что культура означает то, как люди строят совместную жизнь (Pawlak, 2019): как езиды живут между собой и как они общаются с не-езидами. Чтобы рассмотреть это понятие подробнее, сначала нужно наполнить его конкретным содержанием и выяснить, определяется ли «образ жизни» езидскими или «не-езидскими (а значит, курдскими)» практиками. Возьмём брак и свадебные обычаи: в Германии никому никогда не придёт в голову – так звучит наш тезис, – что мальчишник или девичник, дети с цветами на свадьбе, «перенос невесты через порог» и «осыпание рисом» (один из старейших немецких свадебных обычаев) имеют религиозную основу. С езидами же всё интересно. В литературе под именем «езиды» все перечисленные ниже свадебные обычаи преподносятся под видом религии (ключевые слова: «религиозные правила брака у езидов»). Нередко в прошлом с этим связывали преимущественно негативные ассоциации, как показывают такие понятия, как «убийства чести», и их часто объясняли религией общины. Если спросить людей, в каком устно передаваемом религиозном тексте это (оправдание убийства в религии) упоминается, адекватного ответа не будет. Если подобное оправдывают религией, потому что преступник якобы был очень религиозен, то тут же следует спросить о символе веры – который, как правило, назвать не могут из-за незнания религии. Под такими критическими вопросами попытка преступника оправдать своё поведение религией, якобы призывающей к смерти, провалилась бы. К сожалению, в прошлом (в том числе со стороны посторонних) так обычно не происходило. Нужно было докопаться до сути мифов, а не продолжать их воспроизводить. Объяснять поведение отдельных людей – независимо от их социального положения (например, расы, класса, тела и гендера) – их религией или этнической принадлежностью означает стигматизировать и дискриминировать. Поэтому в этом разделе мы делаем объективную попытку рассмотреть понятие культуры в контексте свадебных обычаев. Как уже говорилось, существуют немецкие обычаи, которые соблюдаются на немецких свадьбах вне всякой связи с религией. У езидов можно назвать следующие примеры:

• «муж забирает жену из родительского дома»;
• после «периода знакомства» с будущей женой мужчина может вместе с родителями и свидетелями посетить родительский дом будущей жены, чтобы попросить руки дочери;
• ИЛИ возможность «сбежать» с невестой. Здесь следует отметить, что возможностью «сбежать» с любимой, не считаясь с мнением и позицией родителей, пользовались сравнительно чаще, чем можно было бы ожидать, – в том числе на нынешней, находящейся под чужой властью, родине езидов.

В день свадьбы нередко ставят дерево, украшенное в том числе сладостями («дара мраза»), которое должно символизировать счастье молодожёнов. На исторической родине езидов эта традиция соблюдалась активнее, а сегодня, особенно на Западе, к ней относятся по-разному. На постсоветском пространстве, например в Армении или Грузии, этот свадебный обряд соблюдается среди езидов сравнительно активно.

Когда «свадебная машина» прибывает к свадебному залу, муж по традиции открывает жене дверь машины, чтобы она могла выйти. По пути к входу в зал жена бросает на землю овальный шар, часто сделанный из глины и наполненный деньгами и сладостями; если он раскалывается, это сулит браку счастье. Разумеется, во время или после свадьбы с молодожёнами беседует кто-то (как правило, супружеская пара): в этом разговоре молодых наставляют и готовят к трудностям семейной жизни.

На езидских похоронах умершего заворачивают в белый саван («кефен»), кладут в мешок и хоронят. До и после погребения, как правило, в течение трёх или семи дней вместе скорбят, часто в арендованном зале. Всё это время предлагают еду и напитки. Сводить традиционные и очень продолжительные езидские похороны к религии значило бы описывать сконструированную, не существующую в реальности ситуацию: во время похорон религиозные молитвы (дуа) и гимны (кавлы) читаются, как правило, не больше нескольких минут. Объективно доля культурных практик на трёх- или семидневных езидских похоронах (угощение едой и напитками как выражение основного гостеприимства) намного больше, чем реально практикуемая религиозная часть. Её обычно выполняет один человек, а остальные не повторяют за ним, а частью слушают, частью продолжают заботиться о многочисленных гостях. Чтобы привести пример к нашему основному вопросу (этнос или религиозная группа), ненадолго обратимся к религиозным практикам на исламских или христианских похоронах. Там, без сомнения, присутствующие во время речи имама или священника частично повторяют и/или воспроизводят религиозные действия – разница как «день и ночь» по сравнению с описанной езидской общиной. Чтобы наполнить понятие культуры ещё большим содержанием, обратимся к Новому году, который во всём мире празднуют в последний день декабря и который, разумеется, празднуют и езиды. Никто и никогда не стал бы толковать новогоднюю ночь как религиозный праздник. Почему же у езидов, которые празднуют свой Новый год в апреле, должно быть иначе? Езидам – отчасти по их собственной вине – приписывают религиозный характер их Нового года, что очень далеко от повседневной езидской реальности. Конечно, езидский Новый год содержит сравнительно небольшую религиозную часть, но, как и у всего остального населения, его следует относить к «культурным» праздникам. Здесь интересно вспомнить шумеров, которые тоже праздновали Новый год в апреле и при этом не считаются религиозной группой.